За почти два года военных действий Донбасс превратился в заминированную ‘зону отчуждения’. Здесь уже не получится пройтись безмятежно по тропинке в лесу, побродить по лесопосадке или срезать длинный путь, пройдя по полю или пустырю. Регион в той его части, где проходили бои между украинской армией и боевиками, нашпигован минами и растяжками, уносящими человеческие жизни. Для того чтобы избавиться от этой напасти, Донбассу потребуется не менее 10 лет, считают эксперты. ‘Я думаю, что разминирование Донбасса потянет не один миллиард гривен. А о полной безопасности жизнедеятельности граждан можно говорить через 1015 лет’, заявил представитель Минобороны Украины Сергей Зубаревский.
Еще в 2014 году, после освобождения Славянска, саперы, работавшие в городе, ужаснулись такому количеству заминированных мест. ‘Мы находили растяжки в детских садах и на игровых площадках. Самое страшное когда буквально в паре сантиметров от минной растяжки мы видели след от колес детского велосипеда’, рассказали тогда пиротехники. Только после освобождения Славянска сотрудники Госслужбы по чрезвычайным ситуациям обнаружили и изъяли почти 5,5 тысячи взрывоопасных предметов от артиллерийских снарядов до боевых гранат. Можно предположить, что сейчас счет заминированных уголков в шахтерском регионе идет на десятки тысяч. Так, в одном только поселке Широкино на побережье Азовского моря, покинутом на днях боевиками так называемой ‘ДНР’, заминирован почти каждый дом. Украинские морские пехотинцы отметили: фугасами и противопехотными минами ‘засеян’ каждый квадратный метр.
‘Такое мощное минирование направлено и на солдат, и на мирных жителей с целью эскалации конфликта’, говорят военнослужащие. ‘Украинские саперы уже обезвредили многочисленные закладки взрывчатки в погребах, дворах и огородах’, добавил спикер Администрации президента Украины по вопросам военной операции Андрей Лысенко.
‘Разминирование территории Донецкой и Луганской областей является одним из основных пунктов Минских договоренностей по урегулированию конфликта на Донбассе’, заявила уполномоченный президента Украины по мирному урегулированию ситуации в Донецкой и Луганской областях Ирина Геращенко. Правда, пока в этом направлении движения мало. ‘Когда мы засевали огород в прошлом году, то молились без остановки, чтобы у нас не было прикопанной мины, рассказала жительница села Верхнеторецкое Алевтина Морозова. Ее село расположено в ‘серой зоне’. Сколько у нас бегающих собак подорвалось на минах не сосчитать! Особенно много их было в прошлом году’.
Страх перед взрывоопасными предметами еще долго будет преследовать жителей и крупных мегаполисов, например, Донецка. ‘У меня появилась фобия: не могу ходить по тропинкам, только по асфальтовым дорожкам. Мне кажется, что я пойду по земле, по траве а там растяжка. И страшно не потому, что это может убить, а как раз наоборот что не убьет, а только сделает инвалидом. Быть обузой семье я не хочу, поделилась страхами жительница Донецка Юлия Иванькова. Пытаюсь с этим бороться, например, если впереди меня по тропинке идет человек, я могу пойти за ним’.
По данным спасателей, за прошлый год на минных растяжках подорвалось более 20 мирных жителей, в том числе четыре ребенка.
Боевые действия на Донбассе не прекращаются. За последние две недели количество обстрелов в регионе увеличилось. ‘Противник активизировался на Луганском и Мариупольском направлениях. Активные боевые действия развернулись на двух участках фронта: КрасногоровкаМарьинка и ГнутовоТалаковка’, сообщил Андрей Лысенко. По сообщениям жителей Донецка, в их городе снова увеличилось количество военной техники. ‘Живу на Пролетарке. Ночью видел в окно, как по дороге в сторону центра везли гаубицы Д-30. Друг с другого района города сообщает, что у них танки катаются. В общем, ждем бурного начала весны’, поделился дончанин Богдан Лазаренко.
Украинские военные констатируют, что с возвращением оккупированных территорий Донбасса под контроль Украины придется выполнить колоссальный объем работ. ‘Мы не раз говорили о том, что придется провести очень большую работу: проверить здания, дороги, мосты, другие объекты инфраструктуры на предмет установленных противником инженерных заграждений и минных ловушек. Речь идет не только о заминированных объектах, а и о неразорвавшихся снарядах там, где велись боевые столкновения’, рассказал спикер Администрации президента по вопросам военной операции Александр Мотузяник. К каждой опасной находке саперы и пиротехники ГСЧС выбирают индивидуальный подход. ‘Все зависит от того, какой это боеприпас. В каждом случае специалисты смотрят по ситуации: взорвать его на месте или вывезти в карьер и там утилизировать. Это очень кропотливая работа’, отметил Мотузяник.
Военные затрудняются назвать сроки, когда Донбасс полностью станет безопасным. ‘У нас со Второй мировой до сих пор находят боеприпасы. Люди строят, копают и находят авиационные бомбы, которые более 70 лет пролежали в земле. Крайне сложно говорить о том, сколько еще будут находить боеприпасы после нынешнего конфликта’, добавил Мотузяник.
Источник: segodnya.ua
На разминирование Донбасса уйдет 10-15 лет и миллиарды гривен
